Пункт 5 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) был введен в действие с 1 июня 2018 года. Данная норма направлена на защиту заемщиков-граждан от кабальных условий займов и предоставляет судам полномочия снижать так называемые «ростовщические проценты» — плату за пользование займом, которая в два и более раза превышает обычно взимаемые в подобных случаях проценты и является чрезмерно обременительной для должника. Суд в таких случаях вправе уменьшить их до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах.
Анализ актуальной судебной практики кассационных судов общей юрисдикции за 2026 год позволяет выделить ключевые правовые позиции и особенности применения этой нормы.
![]()
При оценке чрезмерности процентов суды руководствуются объективными экономическими показателями на момент заключения договора, в частности — официальными данными Банка России о средневзвешенных процентных ставках по кредитам для физических лиц или среднерыночных значениях полной стоимости потребительских кредитов (займов).
Иллюстрация из практики (Первый кассационный суд общей юрисдикции): В рамках дела № 2-1919/2025 (Определение от 1 июля 2026 г. № 88-15965/2026) рассматривался договор займа между гражданами, где первоначальная ставка составляла 3,5% в месяц (42% годовых), а при возникновении просрочки свыше 30 дней увеличивалась до 5% в месяц (60% годовых). Суд апелляционной инстанции, с чем согласилась кассация, установил, что средневзвешенная процентная ставка по нецелевым потребительским кредитам на срок свыше 1 года в рублях на момент заключения договора (март 2022 года) составляла 11,41%. Поскольку договорная ставка превышала обычно взимаемую более чем в три раза, суды обоснованно снизили ее до экономически оправданного уровня — 11,41% годовых, восстановив баланс конституционно значимых интересов сторон.
Иллюстрация из практики (Третий кассационный суд общей юрисдикции): В деле № 2-620/2025 (Определение от 8 апреля 2026 г. № 88-5944/2026) истица требовала взыскания долга по расписке, условия которой предполагали возврат 1 000 000 рублей при фактическом займе в 250 000 рублей, где «все деньги сверху — это проценты» (что эквивалентно ставке 10% в месяц). Нижестоящие суды квалифицировали данные условия как ростовщические и на основании п. 5 ст. 809 ГК РФ уменьшили размер процентов за пользование займом до средневзвешенной ставки 23,977% годовых, актуальной для периода заключения сделки.
Судебная коллегия Седьмого кассационного суда общей юрисдикции сформулировала важный процессуальный вывод: суд вправе и обязан давать оценку размеру процентов ex officio (по собственной инициативе), даже если сам заемщик прямо не заявил о применении п. 5 ст. 809 ГК РФ, поскольку защита принципа добросовестности (ст. 1 ГК РФ) относится к базовым задачам гражданского судопроизводства.
Иллюстрация из практики (Седьмой кассационный суд общей юрисдикции): По делу № 2-1260/2025 (Определение от 30 июня 2026 г. № 88-8867/2026) суды первой и апелляционной инстанций взыскали с заемщика проценты в размере 650 000 рублей за один месяц пользования займом в сумме 1 350 000 рублей (что превышало 600% годовых). Суды сослались на свободу договора и отсутствие заявлений со стороны ответчика. Кассационный суд отменил апелляционное определение в части взыскания процентов, указав: «норма [п. 5 ст. 809 ГК РФ] не содержит указание на то, что такая проверка может иметь место только по заявлению участвующих в деле лиц». Суд подчеркнул, что оставление без внимания столь очевидного злоупотребления правом со стороны займодавца противоречит закону, и направил дело на новое рассмотрение.
Аналогичную позицию занял и Третий кассационный суд в Определении от 29 апреля 2026 г. № 88-6024/2026 (дело № 2-1/2025), указав, что при принятии формального признания иска от ответчика (находившегося в местах лишения свободы) мировой судья обязан был проверить, не нарушает ли такое признание права заемщика, учитывая, что договорная ставка составляла кабальные 395% годовых (1% в день).
Формально пункт 5 статьи 809 ГК РФ действует в отношении договоров, заключенных после 1 июня 2018 года. Однако суды подчеркивают, что аналогичная правовая защита заемщиков существовала и до этой даты, опираясь на принципы добросовестности, недопущения злоупотребления правом и защиты от неосновательного обогащения (ст. 1, 10 ГК РФ).
Иллюстрация из практики (Восьмой кассационный суд общей юрисдикции): В рамках дела № 2-1181/2025 (Определение от 30 июня 2026 г. № 88-11285/2026) рассматривался договор займа от декабря 2014 года со ставкой 7% в месяц (84% годовых). Займодавец настаивал, что снижение процентов до среднерыночных значений (24,043% годовых) незаконно, так как п. 5 ст. 809 ГК РФ не имеет обратной силы. Кассация этот довод отклонила, разъяснив: еще до 2018 года в судебной практике сформировался устойчивый подход, согласно которому свобода договора не освобождает стороны от обязанности действовать добросовестно. Очевидная несоразмерность процентов рассматривается как попытка получить неосновательное обогащение. Таким образом, отказ в снижении процентов исключительно из-за даты заключения договора нарушал бы право должника на эффективную судебную защиту.
Пункт 5 ст. 809 ГК РФ прямо исключает из-под своего действия займы, связанные с профессиональной (предпринимательской) деятельностью. На практике кредиторы часто включают в текст договоров формальное указание на то, что деньги берутся для бизнеса, чтобы избежать снижения процентов. Суды к таким уловкам относятся критически.
Иллюстрация из практики (Восьмой кассационный суд общей юрисдикции): В вышеупомянутом деле № 2-1181/2025 договор содержал пункт о том, что средства предоставляются для осуществления коммерческой деятельности. Тем не менее, суды установили, что договор заключен между двумя физическими лицами, а реальных доказательств использования денег в бизнесе представлено не было. Одно лишь формальное упоминание «предпринимательских целей» в тексте расписки/договора не является основанием для иной квалификации правоотношений, если сделка по существу остается потребительской.
Если денежные средства передавались физическому лицу под высокий процент, но в дальнейшем выяснилось, что имело место преступление (например, мошенничество сотрудника банка, бравшего деньги «на раскрутку» лично от себя), суды разграничивают заемные и деликтные обязательства.
Иллюстрация из практики (Девятый кассационный суд общей юрисдикции): По делу № 2-714/2025 (Определение от 16 июня 2026 г. № 88-4988/2026) гражданка передала крупную сумму сотруднику банка под обещание выплаты 123 000 рублей ежемесячно, однако тот оказался мошенником. В рамках гражданского иска о возмещении ущерба от преступления ответчик (работодатель/причинитель вреда) ссылался в том числе на ростовщический характер процентов и грубую неосторожность истицы. Суд кассационной инстанции указал, что сделка, явившаяся результатом преступления, ничтожна на основании ст. 169 ГК РФ (как противная основам правопорядка) и вообще не порождает заемных гражданско-правовых отношений. При этом все выплаченные «под видом процентов» деньги (в данном деле — 160 000 рублей) должны безоговорочно засчитываться судом в счет уменьшения суммы реального материального ущерба.
Судебная практика 2026 года демонстрирует последовательную и жесткую позицию судов по ограничению недобросовестных кредиторов. Суды активно используют правовые механизмы снижения ставок до среднерыночных значений, пресекают злоупотребления со стороны займодавцев (независимо от наличия ходатайств со стороны должников) и игнорируют формальные оговорки о «предпринимательском характере» займов, если они направлены на обход императивных требований п. 5 ст. 809 ГК РФ
![]()