С какого момента считать исковую давность по ничтожной сделке? Разбор трехлетнего срока и десятилетнего предела, дела Балаян, начала исполнения сделок с недвижимостью и судебной практики 2024–2026 годов. Обновлено 9 октября 2026 года. Дополнено судебной практикой 2024–2026 годов и примерами расчета сроков.
Банкротство является одной из самых актуальных судебных процедур в современной России. Чтобы успешно отстаивать свои интересы в рамках данной процедуры, очень важно изучать судебную практику по банкротству, так как это одна из областей права, где важны прецеденты ВС РФ, в которых формируются правовые позиции, которым, как правило, следуют нижестоящие арбитражные суды. Я намерен сделать публикации по некоторым актуальным темам, связанным с банкротством граждан и юридических лиц. Здесь пойдет речь о фиктивных долгах, т.е. о долгах, которых в реальности нет, но может быть они и есть, но стандарты доказывания не позволяют считать их обоснованными.
Споры по признанию сделок недействительными в процедурах банкротства получили массовое распространение. Целью предъявления исков и признании сделки недействительной является попытка наполнить конкурсную массу имуществом, чтобы удовлетворить хотя бы частично требования кредиторов. На примере Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016 можно понять критерии, когда иск о признании сделки недействительной в процедуре банкротства не подлежит удовлетворению.
В наше время каждый, кто совершает какие-либо сделки на значительные суммы денег, рискует столкнуться с последующим оспариванием сделки, если эта сделка подпадает под признаки подозрительной сделки. К сожалению, иногда суды не слишком задумываются над теми нормами, которые они применяют, и не сильно вникают в суть проблемы. С таким примером бездумного подхода мы сталкиваемся в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2) по делу N А40-54535/2017, когда лишь вмешательство ВС РФ привело к правильному применению норм о подозрительных сделках.